Годовщина аварии на АЭС «Фукусима» – хороший повод вспомнить, что творится в российской атомной отрасли. Немного хорошего: «Росатом» в последнее время преследует одна неудача за другой.
Две недели назад гендиректор «Росатома» Сергей Кириенкообъявил об отказе от прежних планов строительства пятого энергоблока Курской АЭС. После долгих отпирательств госкорпорации пришлось признать очевидную вещь: строительство в XXI веке энергоблоков с реакторами устаревшего типа РБМК-1000...
После выборов президента успело устояться расхожее мнение, что, несмотря на отдельные фальсификации, Владимир Путин якобы «честно победил». В немалой степени такому деморализующему настрою способствовало направление на участки многотысячного корпуса независимых гражданских наблюдателей: многие из них не увидели явных нарушений и ушли с искренним мнением, что, как бы Путин ни был плох, народ действительно выбрал его президентом.
Это не так. Данные подготовленного «Демократическим выбором» доклада о фальсификациях на выборах 4 марта свидетельствуют: сумма подозрительных голосов, полученных разного рода сомнительными способами, превышает дельту в 9,75 млн голосов, обеспечивших Путину победу в первом туре.
После 4 марта среди оппозиционно настроенных граждан возникла огромная волна пессимизма по поводу будущего гражданских протестов в России. Связано это прежде всего с возникшей у людей уверенностью в том, что Владимир Путин в первом туре «выиграл честно», и с сомнениями в том, имеет ли вообще смысл дальнейшая оппозиционная деятельность в стране, две трети жителей которой только что проголосовали за третий (а де-факто — четвертый) путинский срок. Слышны разговоры о том, что «пора уезжать из страны». Явка на протестный митинг 5 марта на Пушкинской площади была самой низкой за последние три месяца, в разы ниже митингов на Болотной площади и проспекте Сахарова. →
Председатель Мосгоризбиркома Горбунов так объяснил катание по Москве огромного количества автобусов, которые массово подвозят людей на избирательные участки: оказывается, это возят "сотрудников предприятий с непрерывным циклом работ, которые могут проголосовать только во время технологического перерыва".
Это - полная брехня. В Москве предприятий непрерывного цикла очень мало. На крупнейшем из них - Московском НПЗ - работает всего 3 тысячи человек. Из них те, чья смена приходится на время голосования 4 марта - не более нескольких сотен.
Игорь Драндин, Дмитрий Чулкин, Сергей Зубков и несколько других наших коллег по "Демвыбору" в воскресенье провели уникальную операцию по поимке за руку "карусели" незаконного голосования на УИК 2931 в Москве (ул. маршала Жукова, д.37 корпус 2).
Это Сергей Вдовин и Ольга Смирнова (Тимирязевский район), Сергей Трифонов, Зоя Шаргатова и Михаил Меньшиков (Дорогомилово), Василий Анохин, Александр Медведев и Евгений Бутов (Бирюлево Восточное), Наталья Чернышева (Зюзино), Михаил Песков и Вера Кичанова (Южное Тушино), Антон Долиденок (Северное Бутово), Елена Русакова (Гагаринский район), Любовь Адамская, Ольга Кормилицына и Владимир Черников (Свиблово), и Михаил Вельмакин (Отрадное). →
Мы сейчас готовим подробный доклад "Демвыбора" о механизмах массовых фальсификаций на выборах президента, но некоторые вещи уже понятны сейчас.
Вот, например, интересная история с переносными ящиками для голосования. Смотрим строку "Число избирательных бюллетеней в переносных ящиках для голосования" на выборах 4 марта в целом по России: 6 млн. 139 тыс. 277.
А вот число избирательных бюллетеней в переносных ящиках на выборах 4 декабря: 4 млн. 522 тыс. 236.
Вчера мы с коллегами по «Демократическому выбору» весь день занимались ловлей пресловутых «каруселей» — одной из основных технологий фальсификаций на вчерашних президентских выборах. Работа по поимке «каруселей» — дело сложное, практически недоступное для профессионально неподготовленного наблюдателя. Можно легко зафиксировать такие нарушения, как опечатывание избирательных урн без присутствия наблюдателей, вбросы пачек бюллетеней, неправильный подсчет голосов и т. п.
Но очень сложно сориентироваться, когда обычные люди подходят к представителю участкового избиркома, получают один бюллетень (как и все остальные), опускают его в урну — на первый взгляд, в этих действиях нет ничего предосудительного.
